Спросите Книгу Перемен

Классическая процедура — будь то раскладка стеблей тысячелистника или бросание трёх монет — по сути является генератором случайных чисел. Смысл её в том, что результат принципиально не должен зависеть ни от воли гадающего, ни от какой-либо закономерности: только тогда выпавшая гексаграмма считается ответом самого мгновения, а не проекцией желания спрашивающего.

Этот сайт воспроизводит именно монетный способ, черта за чертой, снизу вверх, шестью последовательными бросками. Каждая монета даёт 2 (инь) или 3 (ян), сумма трёх монет — 6, 7, 8 или 9 — определяет черту, шестёрка и девятка считаются старыми и порождают вторую гексаграмму. Порядок операций, распределение вероятностей (1:3:3:1) и правила чтения полностью совпадают с традиционными.

Источник случайности здесь — криптографический генератор вашего устройства (crypto.getRandomValues): тот же механизм, что применяется для создания ключей шифрования. В отличие от обычных программных «псевдослучайных» функций, он не имеет предсказуемого начального состояния и не воспроизводит последовательность. Ни сервер, ни этот сайт не участвуют в определении результата — броски вычисляются целиком в вашем браузере и нигде не сохраняются.

Иными словами, физическую непредсказуемость подброшенной монеты здесь заменяет непредсказуемость криптографическая — по строгости она не уступает, а превосходит бросок руками, где на исход способны влиять привычка, поверхность и манера броска.

«И цзин» (易經, «Канон перемен»), он же «Чжоу и», — древнейший из китайских канонических текстов. Его ядро сложилось в эпоху Западного Чжоу, примерно в XI–VIII вв. до н. э., как справочник придворных гадателей: краткие формулы-приговоры, накопленные за поколения практики.

Позже, в эпоху Борющихся царств и Хань, вокруг этого ядра выросли философские комментарии — «Десять крыльев» (Ши и), традиционно приписываемые Конфуцию, а фактически созданные разными авторами на протяжении столетий. Именно они превратили гадательный сборник в философскую книгу о природе изменения, и с 136 г. до н. э. «И цзин» вошёл в число конфуцианских канонов.

Основная идея проста и радикальна: устойчивых состояний не существует, есть только процессы. Любая ситуация несёт в себе зерно своей противоположности, и мудрость состоит в том, чтобы вовремя распознать фазу и действовать сообразно ей.

Всё строится из двух знаков: сплошной черты (ян) и прерванной (инь). Три черты дают триграмму — их восемь, и каждая связана с природным явлением, стороной света, членом семьи и свойством: Небо ☰, Земля ☷, Гром ☳, Вода ☵, Гора ☶, Ветер ☴, Огонь ☲, Озеро ☱.

Две триграммы, поставленные одна на другую, дают гексаграмму — таких сочетаний 64. Нижняя триграмма традиционно описывает внутреннее, близкое, зарождающееся; верхняя — внешнее, явное, завершающее.

У каждой гексаграммы есть: Суждение (гуа цы) — общая формула ситуации; Большой образ (да сян) — картина из двух триграмм и вывод для поведения; и шесть текстов черт (яо цы) — по одному на каждую позицию снизу вверх. Черты читаются как этапы развития: первая — зарождение, вторая и пятая — устойчивые «срединные» позиции, третья — опасный переход, шестая — исчерпание. У гексаграмм 1 и 2 есть ещё по седьмому, особому тексту, поэтому всего текстов черт 386.

Исторически старший способ — раскладка 50 стеблей тысячелистника: длинная процедура из трёх этапов деления на каждую черту, занимающая около получаса. Метод трёх монет появился позже (примерно эпоха Тан) как быстрая замена и стал самым распространённым.

Каждая монета даёт 2 (инь) или 3 (ян). Сумма трёх монет — от 6 до 9 — и определяет черту. Важно, что вероятности у двух методов разные:

У монет распределение симметрично (1:3:3:1): инь и ян равноправны. У тысячелистника оно асимметрично (1:5:7:3): старый ян выпадает втрое чаще старой инь, то есть ян-энергия чаще оказывается «на изломе». Ни один способ не считается неправильным — они дают разную фактуру ответа, и спор об этом идёт среди практиков не первое столетие.

Шестёрка и девятка называются «старыми»: это состояния, дошедшие до предела и потому переходящие в противоположность. Они и есть точка движения в ответе.

Первая гексаграмма описывает положение как оно есть сейчас. Заменив каждую изменяющуюся черту на противоположную, получают вторую — образ того, во что ситуация перерастает. Читают их вместе: первая отвечает на «что происходит», вторая — на «куда это идёт».

Практическое правило чтения: если изменяющихся черт нет, ответ даёт только суждение первой гексаграммы, и положение устойчиво. Если есть одна — её текст и есть главный ответ. Если их много, вес смещается к общему смыслу пары гексаграмм, а тексты черт читаются как оттенки. Вероятность получить ответ вовсе без изменяющихся черт при монетном способе — около 18%.

Оракул не сообщает будущее как расписание. Его тексты описывают тип ситуации и уместный в ней образ действия — их сила в том, что они заставляют посмотреть на своё положение чужими глазами и назвать вещи своими именами.

Поэтому качество ответа зависит от вопроса. Хорошо работают вопросы вида «что мне следует понимать о…», «каков характер этой ситуации», «к чему приведёт такой-то шаг». Плохо — вопросы, требующие «да/нет», даты или чужого решения за вас.

Разумная дисциплина: один вопрос — одно гадание. Повторный бросок «на всякий случай» — это уже не вопрос, а торг; сам текст гексаграммы 4 предупреждает, что на назойливое переспрашивание ответа не будет.

Ключевой европейский перевод — немецкий, Рихарда Вильгельма (1924); в 1950 году он вышел по-английски в переложении Кэри Бейнс с предисловием К. Г. Юнга, и именно эта версия сделала книгу известной на Западе. Раньше него, в 1882 году, вышел академический английский перевод Джеймса Легга.

На русском классической работой остаётся исследование Юлиана Константиновича Щуцкого (1897–1938) «Китайская классическая „Книга перемен“» — диссертация 1937 года, изданная посмертно в 1960-м. Щуцкий подходил к тексту как филолог: он разделял слои памятника по времени и переводил не «красиво», а с реконструкцией того, что мог означать текст в эпоху его сложения.

Толкования на этом сайте следуют этой традиции чтения и опираются на канонический текст «Чжоу и» и «Сян чжуань», но не воспроизводят перевод Щуцкого дословно: он охраняется авторским правом.